7

 
 
 
 
 
 

Белое лицо

Она снова пришла ко мне. На этот раз заглянула в мой дом через окно, когда я укладывался спать. Это длилось всего мгновенье и было подобно удару тока. Увидев её белокожее лицо, я вытянулся в струну, и почувствовал, как пальцы моих ног коснулись металлического обода кровати. И в следующий момент, когда облик за окном исчезла, моё тело расслабилось так, что я едва не обмочился. Страх накатил на меня волной и наполнил до краёв, от пяток до самой макушки. Странным образом я не мог думать ни о чём, кроме только что увиденного, и в то же время разрозненные мысли ураганом проносились в моей голове. Единственным, на чём я мог сконцентрироваться, была эта картинка, казалось, навсегда застывшая перед моими глазами – белое лицо, и больше ничего. То есть вообще ничего: не было ни глаз, ни волос, ни шеи, ни ушей – только лицо, только эта ужасная маска. Но я знал, что это Она. Больше некому.

Первый раз это случилось на улице. Я увидел её в отражении медленно проезжавшего передо мной автомобиля. Я резко обернулся, но не увидел никого, кроме обычных прохожих. Когда я рассказал об этом своему другу, он только посмеялся.

- Что, совесть замучила? – ехидно спросил он, вовсе и не ожидая ответа. – Да расслабься ты. Никто не узнает.

Как мне было объяснить ему, что угрызения совести не всегда связаны со страхом разоблачения.

- Никто в целом мире из когда-либо живущих, - добавил мой друг.

Я вздрогнул. «Живущих. А что насчёт мёртвых?» - подумал я.

Потом она ещё являлась ко мне, каждый следующий раз всё более в неожиданных местах. Начав с улицы, её образ стал всё чаше наведываться в мой дом. Она подбиралась ко мне всё ближе.

- Мы должны во всём сознаться, - сказал я своему другу.

- Ты что, с ума сошёл?! Кому сознаться? Ментам? Нас же тут же посадят! Точно, отличная идея! Давай пойдём с повинной.

«Тебя, - подумал я. – Тебя точно посадят. Ты ведь был за рулём».

- Успокойся, слышишь. Успокойся. Приди в себя. Ты просто напридумывал себе всякого, вот и мерещится тебе чертовщина.

«А тебе не мерещится. К тебе она не приходит. Она понимает, что тебе наплевать».

- Это был несчастный случай. Ты же помнишь? Она оказалась на дороге случайно. Помнишь?

«Помню. Как и то, что мы с тобой здорово спешили тогда, а ты залипал за рулём».

- Никто ни о чём не узнает, я тебе говорю!

- Никто из живущих, – отрешённым тоном уточнил я.

- Конечно, - он, кажется, не понял намёка. – Там же сплошной лес, никаких деревень, хрен её знает, откуда эта бабка взялась. Если её кто-нибудь из родных и ищет, вряд ли у них что-нибудь выйдет. Да нет-нет, у них точно ничего не выйдет.

Если верить карте, там и вправду поблизости не было ни одного населённого пункта. Но должна же была быть причина, по которой эта старушка оказалась на той пустынной дороге ночью.

У меня всегда были проблемы с ориентацией на местности, потому я долго бродил вдоль обочины того участка, на котором произошла авария, и никак не мог определить, куда мы отнесли тело старушки. Зато я наткнулся на тропинку, ведущую в глубь леса. Я понимал, что рискую, возвращаясь на место преступления, но и уйти просто так я не мог. Я должен был убедиться, что никто не ищет старуху.

«Если что, скажу, что просто заблудился», - придумал я и позволил тропинке повести меня.

Трассы уже давно не было видно, когда я обнаружил небольшой деревянный домик. Странное дело, я был удивлён, что в таком отдалении от людей мог кто-либо жить, и в то же время избушка, скрывавшаяся за соснами, казалась мне такой уместной в лесу. Я долго наблюдал за домиком, прежде чем решился на то, чтобы подойти к нему. Я несколько раз обошёл его, вглядываясь в каждое окно, и, когда убедился, что избушка пустует, вошёл внутрь через незапертую дверь. Больше всего бросались в глаза многочисленные высушенные растения повсюду: на полу, на полках, на стульях, на растянутых верёвках. И ещё книга. Она лежала раскрытая на столе. В потёмках трудно было разобрать написанное, поэтому я поднял увесистую книгу и подошёл к окну. Неразборчивость почерка в большей степени была связана с тем, что буквы были мне совершенно незнакомы, но общие формы в них угадывались. Мне пришлось довольствовать лишь иллюстрациями. На первых страницах рисунки изображали разные растения: какие-то лепестки, корешки, веточки. Я остановился на развороте, для которого, вероятно, в качестве закладки использовался сушёный листок берёзы. Там-то я и увидел её, эту маску. Только лицо, и больше ничего. Ни глаз, ни волос, ни шеи, ни ушей.

Вдруг дверь в избу с шумом захлопнулась. Я испуганно дёрнулся и, выронив книгу на пол, попятился назад. Споткнувшись о половицу, я потерял равновесие и рухнул спиной на пол. Быстро поднявшись, я выбежал наружу и помчался к дороге.

- Ты должен это увидеть, - сказал я своему другу. – Эта старуха – ведьма.

- Что ты несёшь? Господи, да что с тобой вообще?! Нельзя быть настолько нервным.

- Она – ведьма, я говорю тебе, ведьма. Это она прокляла меня.

Он отказывался в это верить.

- Даже если это и так, почему она прокляла только тебя? Почему не меня? Я же был за рулём, так почему только ты видишь её?

- Я не знаю, - честно ответил я.

- Зато я знаю. Она «является» только тебе, - он изобразил пальцами кавычки. – Потому что ты напуган. Просто напуган, поэтому тебе мерещится…

- Нет! Мне ничего не мерещится! Это она! Это…

- Да тише ты, тише, успокойся.

- Слушай, ты просто должен съездить со мной, и сам всё увидишь. Ты поймёшь.

- Что пойму?

Я понимал, что ответ ему не понравится.

- Что мы не сможем уйти от наказания.

Он ненадолго замолчал в раздумьях.

- Ок, допустим, мы туда поедем, что дальше? Допустим, я тебе поверю, и? Если проклятье существует, ты уже знаешь, как от него избавиться?

- Я догадываюсь.

- Как?

Ещё один неприятный и честный ответ с моей стороны:

- Я думаю, если мы сознаемся в своём преступлении полиции…

- Стоп-стоп-стоп! Ты что, серьёзно?!

- Я просто думаю, что…

Наш спор ещё нескоро затих.

- Ты действительно хочешь рассказать обо всём в полиции? – участливо спросил мой друг, когда мы немного успокоились.

- Если я прав насчёт старухи - а я прав – у нас вряд ли есть другой выбор.

Он колебался секунду-другую.

- Что ж, - сказал он. – Но давай сначала всё-таки съездим в избушку этой твоей бабы Яги.

Нервная усмешка задала начало тому, что я и мой друг расхохотались. Мы поехали на его машине.

- Уверен, что нас там никто не увидит? – спросил он, когда мы прибыли к тропинке.

- Не беспокойся, - отозвался я. Мне отчего-то было приятно видеть, что волнение теперь охватывает не только меня.

В домике старухи я сразу же показал книгу, в которой была изображена маска.

- Как именно это могло мне померещиться, если я только сегодня нашёл её? – задавался я вслух вопросом.

- Не знаю, не знаю, - пробормотал мой друг, заходя мне за спину.

Первый удар, хоть и свалил меня на пол, был недостаточно сильным, чтобы я потерял сознание.

- Чёрт, - услышал я голос друга, пока попытался подняться.

Опираясь руками на пол, я обернулся и тут же получил второй удар по голове, на этот раз ногой.

- Извини, старик, - сказал он, взяв в руки какую-то палку. – Извини. Правда, мне очень жаль, но я не могу так рисковать.

Я не мог поверить в происходящее - а ведь к тому моменту я был убеждён в существовании ведьм – но вид крови, сплюнутой мною на пол, быстро заставил меня собраться. Я, зарычав от злости, бросился на своего друга. Тот взмахнул своим оружием, но не успел ничего предпринять, прежде чем я приложился в него плечом. По сути, на этом схватка и закончилась. Впечатавшись в стену, мы съехали на пол. Мой противник уже не подавал признаков жизни – в проломленном затылке пузырилось кровью, да и на стене остался характерный красный след.

В этот момент мне вдруг стала ясна вся картина. Никто не поверит в проклятие, даже если я найду место, где мы похоронили старуху. Все будут считать меня убийцей, сошедшим с ума. И после отбывания наказания - каким бы оно не было, заключение под стражу или принудительное лечение с заключением под стражу – ничего не изменится. Возможно, я и моя история станут очередной мистической легендой. Размышляя об этом, я и не заметил, как подобрался к плану дальнейших действий: как избавиться от тела и от машины моего бывшего друга – и пришёл в итоге в полное отчаяние. Я мог бы закопать труп в лесу, а машину угнать куда-то и тоже спрятать, но пропавший мужчина, имеющий многочисленных родственников и знакомых, это не то же самое, что одинокая старуха: его будут искать и обязательно, так или иначе, дойдут до меня, да я попросту в первом же разговоре всё выдам первому встречному. Значит, в город мне возвращаться было нельзя.

Перед тем, как отправиться к дороге, я решил осмотреть себя. Не хотелось попасться на глаза гаишникам и объяснять им причину возникновения на моём лице кровоподтёков и синяков. В избе ни одного зеркала или хоть что-нибудь подходящего мне обнаружить не удалось, и я решил, что смогу привести себя в порядок в машине. Но там меня ждал сюрприз – место, на котором мы припарковались, пустовало. Озадаченный этим обстоятельством я вернулся в дом старухи, где меня не дождалось ещё одно дело. Труп моего друга исчез сам собой, и вообще, ничего в избе не напоминало о недавно произошедшей в нём драке: ни раскиданных растений, ни пятна крови на стене.

«Это конец», - осознал я своё положение.

Дни длились как месяцы, а месяцы как годы. Мой тело, изнеможённое непривычными условиями и постоянным голодом, стало меня подводить. Боль в спине сменялась болью в животе, боль в коленях – болью в горле. Кожа на теле начала морщиться, и от того я беспрестанно чесался. Волосы на голове отросли настолько, что я смог рассмотреть их седые кончики. Ногти на руках и ногах пожелтели и сильно ороговели. От постоянного нахождения в темноте избы глаза служили мне всё хуже и хуже. Но больше всего меня беспокоило то, что найденная в погребе провизия вот-вот должна была закончиться, а, стало быть, мне придётся либо умереть без пропитания, либо - вернуться в город. Первый вариант казался мне предпочтительнее.

Было во всём этом и кое-что хорошее. В первую ночь, проведённую в избе, я не мог уснуть, полагая, что старуха придёт за мной, но мои опасения оказались напрасны. Оглядываясь каждый раз, я ожидал увидеть её белое лицо, но нет – ничего пугающего меня не подстерегало. Так день за днём, ночь за ночью я постепенно убеждался, что старуха забыла про меня. Она больше не пугала меня, не являлась мне. До этого дня.

Она выбрала момент неслучайно. Очередной день почти закончился, и я, укрывшись рванным одеялом, уже собирался уснуть и посмотрел в окно. А оттуда она глядела на меня. Из-за лунной ночи кожа на её лице казалось ещё белее, ещё отвратительнее. Глаз у неё не было, но я был уверен, что она улыбалась ехидно. Она знала, что её визит стал для меня полной неожиданностью. То, что долгое время я считал прощением, было лишь подготовкой.

Я вскочил с кровати и, быстро дыша от страха, метался из угла в угол.

- Нет, нет, нет, - бормотал я. – Мне нельзя здесь… нельзя… я здесь не буду… нет… нет… я не могу… нельзя… она… нет…

Накинув на себя ватник, я выбежал из дома в холодную ночь и бросился по тропинке.

- Ааааааа! – заорал я что есть мочи и, вдохнув разом слишком много воздуха, закашлялся.

Позади раздался смех маски. Я слышал дыхание старухи, чувствовал её взгляд у себя за спиной. Не замечая в темноте препятствий, я спотыкался и падал, но тут же поднимался и продолжал свой отчаянный бег. Приближаясь к дороге, я заметил вдалеке свет фар. «Машина, люди, машина, люди, помогут, помогут, - лихорадочно соображал я. – Успеть, успеть, добежать, позвать».

- Эй!!! Эй!!! Стой!!! Стой!!! – кричал я, но вряд ли от этого был толк, слишком большое расстояние оставалось до трассы.

«Беги, беги, беги, беги», - говорил я себе мысленно. А маска вторила мне своим зловещим хрипом:

- Беги… беги… беги… беги… беги… беги…

Машина уже была в метрах пятидесяти от участка, на котором тропинка выходила из леса, я – в десяти. Собравшись с силами, я рванул вперёд. Оказавшись на дороге, я широко расставил руки и зажмурился от яркого света, бившего мне в лицо.

- Стойте!!!

Но водитель не успел затормозить. Ударом меня мощно отбросило в сторону. Время словно замедлилось. Я кружился в воздухе, а маска старухи плыла перед моими глазами. Когда я приземлился, завизжали покрышки автомобиля.

- Кхро-кхро-хро, - отхаркивая кровь себе на щеку, я смотрел в звёздное небо, где белела луна, окружённая россыпью звёзд. После толком даже не начавшейся попытки подняться я понял, что тело моё мне не повинуется. Столкновение причинило мне более чем серьёзные увечья.

Судя по звукам, я определил, что сбившая меня машина тем временем сдаёт назад. Когда она остановилась, двойным щелчком и двойным хлопком открылись и закрылись двери. Шаги. Он идёт ко мне. Нет, не он – они, их двое.

- Твою мать, твою мать, – бормотал один из них.

- Бля, Серёга, как так? – взволнованно вопрошал другой. – Как ты не заметил?

- Да, блять, ни хера ж не видно было. А тут прям на дорогу…

Они были уже совсем рядом.

- Как думаешь, того? – голос показался мне смутно знакомым.

- Сейчас посмотрим, - и этот я тоже уже где-то слышал.

Серёга, потрогав мои шею и руки, объявил диагноз:

- Кажись, того.

- Бляяяяя, - протянул нервно второй и склонился надо мной.

Теперь, когда я увидел его лицо, сомнений не оставалось.

- Что будем делать?

- Не знаю, не знаю.

А я знаю.


Понравилась история?
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку

Интерес-интересом, но все мы работаем с большим удовольствием, когда видим реальную отдачу. Администрации "Кощейки" будет чрезвычайно приятно, если читатель "проголосует рублём".


 
 
 
 

Об истории

Автор:

denisslavin

denisslavin

История добавлена:
06.05.2014 13:17:41

Происхождение:
1

Вмешательство редактора:
без обработки

Количество просмотров:
2568

Количество показов цитат :
519894

Оценка читателей :
0

Коэффициент рейтинга:
0.00493754496109



Адрес этой страницы динамический.

Постоянный адрес текста: "Белое лицо"

 
 
 
 
количество читателей онлайн и всего



 
 

 

2007-2017 ©koshhejjka.sirenes.ru

Карта сайта